f3bc5676

Гуданец Николай - Машина Счастья



Николай ГУДАНЕЦ
МАШИНА СЧАСТЬЯ
Фантастический рассказ
У нас в городке чудиков хватает, но такого, как Данел, сроду не
бывало. Вообще-то его жаль, ежели б выучился и получил диплом, может, из
него большой человек вышел бы. Только я в жизни не видел, чтоб кому-нибудь
так не везло, как этому парню. Дня не проходило, чтоб он не порезался, не
обжегся, а как-то раз он даже отхлебнул глоток салифенового клею -
понимаете, я развел клей в бутылке из-под джиг-соды и оставил на верстаке,
а жара стояла неимоверная...
И вечно он читал что-нибудь. Сидя, стоя, на ходу и так далее. Это
надо было видеть, к примеру, как он рихтует капот, а заодно читает
последний выпуск "Науки сегодня и завтра". Другого такого подмастерья
поискать, но я терпел, потому как все-таки грех обижать сироту, вдобавок
восьмиюродного племянника.
Как-то я заглянул в его книжки. Сплошная тарабарщина.
- Слыш, Данел, - говорю. - Ты хоть что-нибудь разбираешь в этой
китайской грамоте?
- А как же, - отвечает. - Только там очень много ошибок. Де Бройль,
например, открыл только половину истины, остальное просто не укладывалось
в рамки его мышления.
- Очень может быть, - говорю. - Только, небось, этот самый Дебройль и
то не смог бы запаять кастрюлю толстухи Лумины так коряво, как ты.
Само собой, парень надулся и денек-другой со мной не разговаривал.
Чудик он был, но безобидный, покуда не сбрендил на этих своих виртуальных
частицах. Тем более, у нас в городке виртуальных частиц никогда не было и
в помине. И ничего, жили. А он мне прямо-таки все уши ими прожужжал и
допек до самых печенок, так что я даже обрадовался, когда он натаскал в
свой сарайчик гору всякого хлама, от перегоревшего пылесоса до разбитого
транзистора, и каждую свободную минутку там пропадал с молотком и
паяльником.
Через месяц он заявил, что соорудил вечный двигатель на виртуальных
частицах, и я ничуть не удивился. В его возрасте оно простительно и все ж
лучше, чем стишки кропать. По правде говоря, та штука действительно давала
ток. Данел приладил к ней велосипедную фару, и та горела день и ночь.
Школьный учитель Мулссон посмотрел на этот двигатель, на чертежи и поднял
парня на смех. Он доказал как дважды два, что вечных двигателей не бывает.
После этого Данелу в городке проходу не давали. Наконец ему надоело
огрызаться, он взял тачку, отвез двигатель к реке и выкинул в омут возле
мельницы. По ночам там до сих пор видят, как на дне светится лампочка.
Думаете, он после этого угомонился? Не тут-то было. Неделю-другую
ходил тише воды, ниже травы. А потом разбудил меня среди ночи. Глаза
горят, руки трясутся.
- Дядя Бьюнк, - говорит, - я открыл формулу когерентности.
- Да провались она пропадом, уже час ночи.
- Вы не понимаете. Это же залог абсолютной власти над природой.
- Брысь отсюда, - разозлился я. - Из-за тебя мне скоро хоть
мастерскую отдавай под залог.
А он меня обнял и говорит:
- Ничего. Скоро вы поймете. Дайте только установку собрать.
Над второй своей штуковиной он корпел полгода и, между прочим,
выклянчил у меня подержанный телевизор, где всего-навсего барахлил блок
развертки. Ему, видите ли, потребовался вакуумный резервуар. Знал бы я,
как обернется дело, он бы от меня и ржавого гвоздя не получил.
У нас в городке всякого навидались и ко всему привыкли, но Данел со
своей машиной такое отмочил, что даже нас проняло.
Итак, он, в конце концов, собрал свою установку, и она заняла
сарайчик почти целиком, а моя мастерская, надо признать, совсем очистилась
от утиль



Назад