f3bc5676

Гуданец Николай - Клубника В Январе



Николай ГУДАНЕЦ
КЛУБНИКА В ЯНВАРЕ
Фантастический рассказ
Я вам прямо скажу: сама по себе наука - вещь никчемная. Взять, к
примеру, электричество. Да за него никто гроша ломаного не дал бы, не
появись на свете смекалистые ребята, которые выдумали и электрическую
лампочку, и телевизор, и всякое такое. А то изобрели какую-то там плазму.
Что с нее толку, ее ведь на хлеб не намажешь, плазму эту. И касательно
того голубого фургона я полагаю так. Тот, кто его соорудил, был головастый
парень. Но вот додуматься до того, как его приспособить к делу и получать
барыш, мог только великий человек.
А с виду он был самый обыкновенный малый лет тридцати, в синем
комбинезоне, кожаной куртке на меху и твидовой кепчонке.
Очень хорошо помню, как он в первый раз наведался ко мне в лавку.
Дело было под вечер, когда я уж собрался запирать дверь и подсчитывать
выручку.
Слышу - подъехала машина, затормозила, потом дверь открывается, и
входит он.
- Здрасьте, - говорит. - Мне бы надо потолковать с хозяином.
- Я хозяин, - отвечаю. - А вы кто такой будете?
Поначалу я заподозрил неладное. Непохоже, чтоб этому типу на ночь
глядя понадобился бушель картошки или там луку.
Он вместо ответа полез в карман куртки и вытащил бумажный фунтик.
- У меня для вас товар есть, - говорит, вынимает из фунтика
здоровенную спелую клубничину и кидает себе в рот. - Попробуйте, угощаю.
А на дворе, между прочим, январь.
Я попробовал. Свежая, сочная клубника, только что с грядки.
- И сколько у вас этого товару? - интересуюсь.
- Пятьдесят ящиков. По сотне за штуку. Берите, не прогадаете.
- Желательно было бы взглянуть.
- Пожалуйста.
Я накинул пальто, и мы вышли на улицу. Уже стемнело, горят фонари. С
неба мелкий снежок сеется. У крыльца стоит голубой автофургон. Номер не
местный. Тот парень открыл заднюю дверь, гляжу - полон фургон ящиков с
клубникой.
- Ну что, берете?
- Подумать надо, - отвечаю.
- Что тут думать? Или берите, или я поехал.
А я никак не разберусь, в чем тут подвох. Потому что не может не быть
подвоха. Ну просто никак.
- Вы от какой фирмы? - спрашиваю.
- Это никого не касается.
Вижу, из него лишнего слова не вытянешь. И прицепиться не к чему. В
конце концов, какое мне дело до его фирмы. Каждый ящик не меньше двадцати
пяти фунтов потянет.
- Ладно, - говорю, - по рукам. Давайте разгружать.
Затащили мы весь товар в лавку.
- На какую фамилию писать чек? - говорю.
- На предъявителя.
Я верчу в руках чековую книжку и пристально гляжу на этого типа.
- Сдается мне, - говорю, - вон те ящики я уже где-то видел. И даже
припоминаю, где. На ферме старого Бальдена. Он сам к ним прибивает
жестяную окантовку. Других таких ящиков во всей округе не сыщется.
- Знать не знаю никакого Бальдена, - отвечает тот. - Вы товар взяли?
Взяли. Давайте чек, и я поехал.
- Сейчас. Ручку вот возьму.
Я выдвинул ящик конторки, порылся в нем.
- Ах, вот он где, - говорю. - Нашелся.
Вынул оттуда свой "Ствеккер" 45-го калибра (вижу краем глаза - парень
вздрогнул), покрутил барабан, сунул в брючный карман. Потом достал из
ящика вечное перо.
- Все ж таки не могу взять в толк, - рассуждаю я вслух. - Как вдруг в
январе могла появиться свеженькая клубника у старика Бальдена? У него
теплиц отродясь не было...
- Не все ли вам равно, откуда клубника? От Бальдена, Шмальдена, черта
рогатого... Забрали ее, так давайте чек, и до свидания.
- Э, нет, - отвечаю. - Я честный торговец. Просто так подозрительный
товар не возьму. Видно, придется нам с вами выяснить, отк



Назад